Резюме. В фокусе внимания авторов русские фраземы с колоративным компонентом как инструмент развития лингвокультурной компетенции и эмоциональной интеллигентности на уроке русского языка как иностранного. Фразеологические единицы как языковой знак и культурная реалия всегда вызывали сильный интерес среди лингвистов, а неофраземы обогащают лексико-фразеологическую систему, так как они концептуализируют действительность при помощи эмоциональных образов. Основное содержание исследования составляет анализ экспрессивно-оценочных и эмоциональных сверхсловных колорем. Работа имеет междисциплинарный характер: предлагается структурно-семантическая типология, разработана система упражнений, которые могут войти в арсенал преподавателя русского языка как иностранного в процессе развития навыков и умений аудирования, чтения, письменного и устного общения на уровнях В1 и В2 согласно Общеевропейским компетенциям владения иностранным языком: изучению, преподаванию, оценке.

Ключови думи: лингвокультурология; неофразема; колоративный компонент; русский языккакиностранный;методика обучения; эмоциональная интеллигентность

Нельзя не согласиться с мнением, что фразеологизмы, весьма разнообразные как по тематике, так и по структуре, являются одновременно языковым знаком и культурной реалией. Новая фразеология становится источником обогащения лексико-фразеологической системы сверхсловными языковыми единицами путем фразеологизации свободных словосочетаний или вторичной метафоризацией, являющейся механизмом инноваций и каналом семантического развития устоявшихся фразеологических единиц (Shulezhkova & Georgieva, 2019).

Вслед за С.Г. Шулежковой и С.И. Георгиевой (2019), под фразеологическим неологизмом мы понимаем преобразованное устойчивое словосочетание с определенной структурой и закрепленным значением, которое активно употребляется носителями языка, но не зафиксировано в традиционных фразеографических изданиях.

Фразеологические неологизмы – свидетельство совершенствования выразительных средств языков, динамики их развития, постоянного обновления, связанного с переменами в жизни социумов. Употребление фразем мотивировано присущей им экспрессивной оценкой, которая создает эффект большей выразительности в тексте. Эта повышенная экспрессивность предопределяет и яркую эмоциональную коннотацию, проявляющуюся в процессе коммуникации (Shulezhkova & Georgieva, 2019).

Исходным пунктом работы послужила идея о том, что «… культурная интерпретация фразеологизма соединяет в единое целое языковую семантику и культурную коннотацию; в собственно языковую семантику ‘вплетаются’ культурные смыслы, и образуется особенное, фразеологическое, значение, которое можно назвать культурно-языковым значением. Фразеологизм в полной мере осуществляет возможность человека выразить свое отношение к происходящему в мире. Как создатель оценки, как выразитель эмоции, говорящий (и слушающий) раскрывает свою культурную позицию... В результате культурной интерпретации фразеологизма в процессе его употребления формируется важнейший компонент культурно-языкового значения фразеологизма, содержанием которого является ценностно-эмоциональное отношение к происходящему» (Kovshova, 2009: 5).

Рассматриваемая проблематика представлена в свете лингвокультурологии, лингводидактики и психолингвистики, в частности эмотилогии (лингвистики эмоций). Проблема цветового пространства волновала специалистов разных научных направлений с незапамятных времен. Непрерывно актуально исследование и лексикографирование сверхсловных колорем, обладающих символическими свойствами.

В фокусе нашего внимания оказывается фразеологическая вербализация эмотивного кода русского языка с компонентом цветообозначения.

Говоря о цветовой символике, следует отметить, что во всех лингвокультурных сообществах весь спектр эмоций выражается цветом. Расхождения в цветовой символике вызывает трудности при изучении данных фразем и часто приводит к недопониманию и «функциональной неграмотности» на эмоциональном уровне.

Проведенное исследование является частью комплексного описания русских и болгарских неофразеологических единиц с целью составления двуязычного фразеологического словаря, востребованного как лингвистами и методистами в научных целях, так и преподавателями в практике обучения русскому языку как иностранному (далее РКИ). Объектом исследования являются русские фразеологические единицы с компонентом цветообозначения (далее ФЕк). Чтобы описать и классифицировать неофразеологизмы с колоративным компонентом (далее НФЕк), появившиеся в конце ХХ – начале ХХI вв., от уже кодифицированных во фразеологических словарях (см. в библиографии), нами эксцерпированы более 700 устойчивых сверхсловных единиц русского и болгарского языков, среди которых 397 русских ФЕк.

Принимая во внимание собственно лингвистические и культурноспецифические аспекты анализа корпусных единиц, наряду со структурно-семантическим подходом и выявлением продуктивности колоративного компонента считаем целесообразным применение компетентностного подхода, чья реализация в методике преподавания РКИ состоит в том, что результативность коммуникативного обучения измеряется степенью владения и правильного использования ФЕк.

В собранном корпусе ФЕк русского языка 105 неофразем широко употребляются в коммуникации, но еще не кодифицированы во фразеологических толковых и русско-болгарских словарях. К самым распространенным компонентам цветообозначения в русской фразеологии (фиг. 1) относятся красный – черный – белый, напр. ради красного словца, красный петух; белая ворона, до белых слонов допиться; рисовать черными красками, черная овца и др. Еще с древних времен среди базовых колоративов выделяются белый, черный и красный, вербализирующие самые главные этапы бытия человека: рождение (белая душа; до белого света; белая полоса и др.) – жизнь (красные дети; красная девица; красный нос = у пьяницы; Сегодня красный, завтра мертвый) – смерть (черный день; черная душа; до белого савана; в гробу в белых тапочках; черная полоса и др). Отметим, что колоратив черный считается цветом траура, скорби, депрессии, тоски, утраты, смерти, символом плохого, грязного и отрицанием земных благ, пока белый воспринимается как выражение чистоты, божественности, высшей мудрости, начала жизни. Сама жизнь, здоровье и красота в славянской языковой картине мира связываются чаще всего с красным цветом. Численный перевес ФЕк с тремя базовыми колоративами (66%) является подтверждением важной роли цвета в когнитивной деятельности человека, поэтому неудивительно, что они сочетаются в рамках одной фраземы.

Чаще всего в структуре ФЕк входит один цвет, но встречаются и особые случаи с двумя (≈ 8 %) или тремя колоративными компонентами (1 ФЕк):

– белый ↔ черный/серый/ красный – принимать белое за черное; Свет бел, да люди черны; Белый лебедь серому гусю не товарищ; война Алой и Белой розы (ирон.) и др.

– красный ↔ черный/зеленый – Красно лето – зеленый покос; Время красит, а безвременье чернит и др.

– красный ↔ белый ↔ черный – Красное солнышко на белом свете черную землю греет.

Следует обратить внимание на факт, что в большинстве случаев белый цвет противопоставляется черному (65%), что в очередной раз доказывает амбивалентную сущность человека, чьи антагонистические эмоции, идеи или желания находят вербальное выражение и в ФЕк. Проведенный анализ по-зволяет нам сделать вывод о том, что разноцветность в рамках одной ФЕк присуща, прежде всего, паремиям, которые не являются фразеологическими обновлениями, напр. черная ряса не спасет, а белая в грех не введет; мыло серо, да моет бело; стыдливый покраснеет, а бесстыжий побледнеет; черная коровка дает белое молочко и т.д.

Обращаясь к анализу русской неофразеологии, отметим, что в центре цветового спектра русских неофразем (фиг. 2) черный цвет занимает первое место, за ним следует белый. Результат подтверждает, что с современной точки зрения они являются доминантными колоративами цветовой картины духовной сферы, сферы «жизнь» и «смерть». Мы присоединяемся к мнению Н. А. Завьяловой, что «в современном русском языке «красный» утрачивает свои «позитивные» позиции, что связано с наследием коммунистической эпохи, которое оценивается не всегда положительно. И «белый» как символ позитива в современном русском языке не может быть заменен «красным» (Завьялова 2011: 191). Это объясняет факт, что место красного цвета как основной колоративной составляющей в составе НФЕк занято зеленым цветом. Семантика черного цвета в неофразеологии не подвержена изменений и дальше ассоциируется с опасностей, бедствием, злом, смертью, неудачей, темнотой бытия.

Цель данной работы – аксиологический и квантитавный анализ ФЕк, по-этому в классификацию не включены 111 единиц (77 ФЕк + 34 НФЕк), не обладающих экспрессивно-оценочной и эмоциональной окраской, а выполняющих в языке только номинативную функцию, напр. Белый дом, Черное море, черный ящик, красное сальдо, зеленая карта и т.п. В целях исследования эмотивного кода русского языка особый интерес вызывают только те номинативные ФЕк, которые выражают субъективную оценку действительности в языковой картине мира, напр.:

– со знаком « + »: зеленое золото/-ый друг (о лесе); рыцари в белом (от англ. White Knights, дружественные партнёры, покупающие акции компании, которой грозит враждебное поглощение); жёлтый ангел (медицинский вертолет); белая пресса и др.

– со знаком « – »: чёрный ворон (полицейский автомобиль для перевозки арестованных); серая зарплата (полуофициальная зарплата); желтая газета (печатная пресса, специализирующаяся на слухах и мнимых сенсациях); коричневая чума (о фашизме) и др.

При сравнении результатов количественного анализа сверхсловных колорем (фиг. 3 и 4), было установлено, что в русском языке имеется большее количество фразем с отрицательной оценкой, чем с положительной или нейтральной, последний тип оценки отсутствует в русском корпусе НФЕк. В группе нейтральных ФЕ к числятся такие устойчивые единицы как средь белого/бела дня, черным по белому сказать/написать/написано/напечатано; красная строка и др. Нужно отметить, что в стрессовых ситуациях люди выражают более резко свои эмоции и чаще всего дают отрицательную оценку действительности, что объясняет преобладающее число этих ФЕк.

В рамках эксцерпированных единиц можно выделить три основные группы НФЕк, содержащие экспрессивно-оценочную и эмоциональную характеристику предмета, лица, явления, действия или состояния:

1. Выражающие отрицательную оценку – черная меланхолия; зеленая скука; желтая пресса; белый пластик (поддельные пластиковые карты); черная страница; коричневая чума; мазать/замазать розовой краской что-л. (неодобр. излишне положительно отзываться о чем-л.) и др.

2. Выражающие положительную оценку – въехать на белом коне; белая пресса; зеленая волна; выход на красную дорожку; жёлтый ангел; красная доска и др.

3. Амбивалентные НФЕк, дающие положительную или отрицательную оценку в зависимости от коммуникативной ситуации – зеленая улица (1. устар. прост. наказание в дореволюционной России; 2. бесплатный проезд; свободный путь); белый негр (одобр. напр. белый негр Эминем; устар. о бесправном, выполняющем непосильную работу человек); черная пятница (1. «обвал» на финансовом рынке; 2. сезонная распродажа) и др.

Особое внимание заслуживают те колоративные компоненты, среди которых наблюдается изменение знака оценки в отличие от фиксированных в словарях ФЕк, и положительная коннотация становится отрицательной: колоратив розовый - ФЕк со знаком «+» смотреть сквозь розовые очки <стекла>/<розовую призму> на кого-л., что/л.; окрашивать в розовый цвет что-л.; рисовать <расписывать> розовыми красками → НФЕк со знаком « – » розовые списки (= гомосексуалисты); мазать <замазать> розовой краской что-л. (= приукрашивать какие-л. явления действительности, излишне положительно отзываться о чем-л. (обычно отрицательно).

ФЕ (в частности ФЕк) встречаются довольно часто в публицистическом дискурсе и деловом общении, но даже инофоны продвинутого уровня владения русским языком как иностранным не сразу воспринимают их как единое семантическое целое. В этом смысле особую трудность в узнавании представляют фразеологические обороты, которые в разных контекстах могут выступать и как омонимические свободные словосочетания, напр. Девочка надела синий чулок. ↔ В кабинете директора вошла секретарша, настоящий синий чулок – некрасивая, немолодая, женщина мелочная.

Предлагаемый комплекс упражнений отражает компетентностный, когнитивно-коммуникативный и лингвокультурологический подходы к методическим ресурсам, применяемым в процессе обучения русскому языку как иностранному, и направлен на развитие всех четырех видов речевой деятельности (аудирования, чтения, письменного и устного общения).

1. Заполните недостающие в адаптированном отрывке текста слова под диктовку.

«Рынку труда не хватает рук: _________ [синие воротнички] по-прежнему в дефиците. В большинстве российских регионов фиксируется нехватка _________ [рабочего персонала] — девять из топ 10 самых дефицитных профессий относятся к _________ [синим воротничкам]. Спрос на _________ [квалифицированных рабочих кадров и специалистов среднего звена] в стране за год вырос в 3 раза. <…>

Крупным компаниям, _________ [уличенным в монополизме], можно будет _________ [показать красную карточку] или _________ [черную метку]. Из-за _________ [невыполнения в срок общественных заказов] им грозит исключение из регистра корпораций, _________ [имеющих право участвовать в торгах], зато мелкие и средние фирмы _________ [занесли в белый список]. До конца года они _________ [получат зеленую улицу], им будет предоставлена возможность _________ [заключить договор на выполнение общественных заказов] благодаря изменению закона и снижения требований»1).

2. В вышеуказанном тексте первого упражнения найдите и подчеркните устойчивые словосочетания с колоративным компонентом.

3. Найдите иллюстрации, соответствующие отобранным фразеологизмам.

4. Найдите подходящее толкование отобранным фраземам с опорой на текст: синие воротнички, показать красную карточку, черная метка, занести в белый список, получить зеленую улицу.

5. Заполните табличку, подобрав к данным неофраземам подходящие синонимы и антонимы из списка для справок:

◊ увенчать лаврами; внести в белый список; вставить кому-л. палку в колесо; занести в черный список; белые воротнички; получить зеленую улицу; занести в черный список.

≈ список лиц, которым отказано в конкретном праве, привилегии или действии; порицать того, кто вел себя плохо; квалифицированное лицо, занимающееся физической работой; исключить кого-л. из сообщества, (организации и т. д.), лишить должности кого-л.; форма поощрения за особые заслуги или выдающиеся достижения; создать особо благоприятные условия для продвижения кого-л., возможность беспрепятственно делать что-то; получить отказ; давать кому-л. привилегии; квалифицированное лицо, занимающееся умственной работой.

6. Есть ли в болгарском языке фразеологические эквиваленты данным русским неофраземам. Приведите примеры.

7. Продолжите предложения в соответствии с коммуникативной ситуацией:

А. «___________» для политиков на мировом уровне: из-за коррупции и глобальной пандемии коронавируса COVID-19 более 200 миллионов людей остались без работы.

Б. Если заказчику понравилось то, как фирма выполняет задания, он может ___________ ее _______________.

В. Несколько месяцев назад крупнейший китайский производитель медицинского оборудования получил сертификат от одной из самых престижных в мире исследовательских организаций. Благодаря сертификации компания ______________ на европейском рынке.

Г.Есть ли текучесть кадров в последнем году? Исследование показало, что сами ___________ считают, что их работа не обладает высокой ценностью, и покидают крупные компании.

Д. «Гринпис» устроила акцию протеста против политики нефтяной компании и призвала ___________ ей ___________.

8. Разыграйте коммуникативную ситуацию:

А. Вы получили письмо о зачислении в университет. Сообщите об этом маме по телефону.

Б. Вас уволили с работы. Попросите совета у друга/подруги, что делать.

9. Прокомментируйте сказанное в адаптированном отрывке текста письменно и расскажите о ситуации на рынке труда в Вашей стране. Тема сочинения: «Специалисты есть – работать некому». Объем – 180-200 слов.

При методической разработке системы упражнений была использована модель «фразеологического путешествия», созданная по идее Г. Н. Шамониной в рамках Международной квалификационной школы «Современные педагогические технологии в обучении русскому языку как иностранному» в целях сопоставительного изучения фразеологизмов, которое «всегда актуально, так как способствует лучшему знанию языка и пониманию образа мысли и характера народа, позволяет не только прогнозировать интерференцию, но и методически интерпретировать языковой материал» (Shamonina & Moskovkin, 2019: 381). Предложенные инофонам задания расположены по степени нарастания трудности, начиная с самых легких, как предложение восстановить пропущенные фрагменты текста под диктовку. После самостоятельного прочтения связанного текста они выписывают ФЕ к и подбирают подходящие к образной основе иллюстрации. Уровень владения русским языком целевой группы В1-В2 предполагает наличие необходимого словарного запаса и знаний грамматики, чтобы привести толкование отобранных ФЕ к с опорой на текст, где даны развернутые объяснения. Задания усложняются предложением заполнить синомические и антонимические ряды, подобрав подходящие ФЕк или свободное словосочетание русского языка. Полезным, с нашей точки зрения, в целях осмысления лингвокультурной семантики неофразем является нахождение в родном языке фразеологических или функционально-семантических эквивалентов русским ФЕ к. Основная цель последнего задания – активизировать творческие возможности школьников/студентов, а именно, написать сочинение с опорой на текст по плану: 1) вступление; 2) проблема из текста; 3) комментарий к проблеме; 4) авторская позиция. В ходе выполнения заданий учащиеся развивают свои коммуникативные умения и навыки и закрепляют уже освоенную лексику и фразеологию.

В результате проведенного анализа можно сделать следующие выводы:

1. Активно проявляющаяся тенденция к обновлению фразеологического фонда языков, в том числе актуализация/трансформация значений старых и появление новых ФЕк, связана с поиском новых средств языковой экспрессии (в основном в средствах массовой информации).

2. Цвет несет важную социокультурную информацию. В разных культурах символика цвета интерпретируется по-разному, напр. белый → б. хващам някого по бели гащи (неожиданность); р. в белых тапочках (смерть) и др.

3. Цвет в составе НФЕк многозначен, символичен и многогранен. Трансформация цветовой символики в русской фразеологии является следствием воздействия экстралингвистических факторов.

4. Сверхсловные неологизмы с компонентом цветообозначения являются результатом вызванных цветом богатых ассоциаций и разнообразных эмоциональных переживаний. В этом плане полезность внедрение системы упражнений с использованием лингвокультурного потенциала НФЕк в практику обучения иностранным языкам, в частности, русскому языку как иностранному, с целью развития лингвокультурной и межкультурной компетенций несомнен.

5. НФЕк являются средством описания национальной картины мира и выполняют культурно-языковую функцию эмоционального воздействия, тем самым влияя на развитие эмоциональной интеллигентности, предопределяющей поведение человека.

Перспективы дальнейшего исследования связаны с выявлением национальноспецифической эмоциональной составляющей фразеологических неологизмов двух близкородственных языков, обеспечивающей возможность развития эмоциональной интеллигентности представителей русского и болгарского лингвокультурных сообществ.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Источники адаптированного текста: https://www.audit-it.ru/news/ personnel/996204.html; https://www.business-gazeta.ru/article/389031; https:// www.nevastroyka.ru/articles/kommunalnym-monopolistam-mozhno-budetpokazat-krasnuyu-kartochku-ili-chernuyu-metku/ (дата доступа: 21.07.2020).

2. Текст выполнен в рамках научного проекта «Новая фразеология в новой Европе: русские и болгарские сверхсловные неологизмы в современном коммуникативном пространстве», получившего поддержку РФФИ (№ 1951218005/19) и ФНИ Болгарии (№ КП-06-Русия11).

ЛИТЕРАТУРА

Анкова-Ничева, К. (1993). Нов фразеологичен речник на българския език. София.

Бирих, А. К., Мокиенко, В. М. & Степанова, Л. И. (2007). Русская фразеология. Историко-этимологический словарь. Москва.

Ефремов, В. А. & Петренко, Е.В. (2017). Игровые формы популяризации русского языка. Чуждоезиково обучение, № 44 (4), с. 416 – 422.

Жуков, В. П., Сидоренко, М. И. & Шкляров, В. Т. (1987). Словарь фразеологических синонимов русского языка. Москва.

Завьялова, Н. А. (2011). Фразеологические единицы с колоративным компонентом как составляющая дискурса повседневности Японии, Великобритании и России. Екатеринбург.

Ковшова ,М. Л. (2009) Семантика и прагматика фразеологизмов (лингвокультурологичесский аспект): автореф. дисс. на соискание уч. ст. докт. филол. наук. Москва.

Московкин, Л. & Шамонина, Г. (2013). Инновации в обучении русскому языку как иностранному. Варна.

Нанова, А. (2005). Фразеологичен синонимен речник на българския език. София.

Ничева, К., Спасова-Михайлова, С. & Чолакова, Кр. (1974). Фразеологичен речник на българския език. Т. 1 А-Н. София.

Ничева, К., Спасова-Михайлова, С. & Чолакова, Кр. (1975). Фразеологичен речник на българския език. Т. 2. О-П. София.

Федоров, А. И. (2008). Фразеологический словарь русского литературного языка. Москва.

Шамонина, Г. (2016). Инновации в методической подготовке молодых русистов. Чуждоезиково обучение, № 43 (4), с. 405 – 417.

Шамонина, Г. & Московкин, Л. (2019). Педагогическая инноватика в действии. Чуждоезиково обучение, 46, № 4, с. 381.

Шулежкова, С.Г. & Георгиева, С.И. (2019). Фразеологические инновации болгарского и русского языков в условиях глобализации (ХХ – начала ХХI вв.) (в печати).

REFERENCES

Ankova-Nicheva, K. (1993). Nov frazeologichen rechnik na balgarskiya еzik. Sofia.

Birih, A. K., Mokienko, V. M. & Stepanova, L. I. Russkaya frazeologiya. Istoriko-etimologichеskiy slovar’. Moskva.

Efremov, V. A. & Petrenko, E. V. (2017). Game as a tool for popularization of Russian language. Chuzhdoezikovo Obuchenie – Foreign Language Teaching, № 44 (4), р. 416 – 422.

Zhukov, V. P., Sidorenko, M. I. & Shklyarov, V. T. Slovar’frazeologicheskih sinonimov russkogo yazyka. Moskva.

Zav’yalova, N. A. (2011). Frazeologicheskiye edinitsy s kolorativnym komponentom kak sostavlyayutshaya diskursa povsednevnosti Yaponii, Velikobritanii i Rossii. Ekaterinburg.

Kovshova, M. L. (2009). Semantika i pragmatika frazeologizmov (lingvokul’turologicheskiy aspekt): avtoref. diss. na soiskanie uch. st. dokt. filol. nauk. Moskva.

Moskovkin, L. & Shamonina, G. (2013). Innovacii v obuchenii russkomu yazyku kak inostrannomu. Varna.

Nanova, A. (2005). Frazeologichen sinonimen rechnik na balgarskiya ezik. Sofia.

Nicheva, K., Spasova-Mihaylova, S. & Cholakova, Kr. (1974). Frazeologichen rechnik na balgraskiya ezik. T. 1 A-N. Sofia.

Nicheva, K., Spasova-Mihaylova, S. & Cholakova, Kr. (1975). Frazeologichen rechnik na balgraskiya ezik. T. 2 O-P. Sofia.

Fedorov, A. I. (2008). Frazeologicheskiy slovar’ russkogo literaturnogo yazyka. Moskva.

Shamonina, G. (2016). Innovacii v metodicheskoy podgotovke molodyh rusistov. Chuzhdoezikovo Obuchenie – Foreign Language Teaching № 43 (4), s. 405 – 417.

Shamonina, G. & Moskovkin, L. (2019). Pedagogicheskaya innovatika v dejstvii. Chuzhdoezikovo Obuchenie – Foreign Language Teaching, 46, № 4, s. 381.

Shulezhkhova, S. G. & Georgieva, S. I. (2019). Frazeologocheskie innovatsii bolgarskogo I russkogo yazykov v usloviyah globalizatsii (XX – nachala XXI vv.) (v pechati)